Кризис и невысказанное недовольство в отношениях с Россией
На прошлой неделе выдающиеся представители вашингтонской политики собрались для обсуждения отношений России, Украины и Запада. Главной темой дискуссии стали действия Владимира Путина.
В прошедшую пятницу Аспенский институт принимал выдающуюся, хорошо информированную коллегию, состоящую из бывшей госсекретаря США Мадлен Олбрайт, бывшей госсекретаря Кондолизы Райс, экс-министра обороны Роберта Гейтса, и возглавляемую профессором Гарвардского института государственного управления им. Джона Ф. Кеннеди Николасом Бёрнсом. Сложно было бы собрать более осведомлённую, убедительную и занятную группу. Вдобавок каждый из членов имел преимущество в виде личной встречи с президентом Путиным на некоторых или нескольких стадиях своей карьеры на государственной службе.
Главной темой обсуждения были нынешние сложные отношения России и Украины, а также попытки Запада и НАТО нейтрализовать амбиции России, мешающие желанию Украины высвободиться из объятий России и установить более прямой экономический и политический контакт с Западом.
Как и следовало ожидать, основным предметом дискуссии стал протагонист обсуждаемой проблемы президент России Владимир Путин, который в обсуждении фигурировал как лицо, ответственное за поведение России в данный момент её истории. Момент, который, по мнению участников дискуссии, развился в самый серьёзный политический кризис со времён холодной войны. Такие комментарии Путина, как «распад Советского Союза был величайшей катастрофой двадцатого века» подверглись критике как ключевая составляющая нынешнего мышления и политической мотивации России/Путина.
В дискуссии были затронуты различные аспекты российской истории, начиная от наследия Александра Великого, и до эффективности или недостатков сегодняшней политики санкций. Но на протяжении всего обсуждения ощущалось моральное осуждение России, невозможность оправдать действия Путина в связи с тем, что они противоречат нынешнему всеобщему признанию неприкосновенности национальных границ и общепринятой законности свободного выбора народных избирателей. Было заметно скрытое возмущение.
И всё же, никто не упомянул об аналогичных событиях, когда возмущены и глубоко озабочены были США, а ситуация накалилась почти до возможности взаимного уничтожения. Это, конечно, была пугающая драма 1962 года, называемая Карибским кризисом. В то время Америка чувствовала угрозу и, вися на волоске от войны, делала всё необходимое, чтобы нейтрализовать и убрать с Кубы российскую ракетную угрозу.
Тогда для США Куба была как Украина, даже несмотря на то, что Куба никогда не использовалась как ворота для вторжения на территорию Америки, чего не скажешь о России и Украине, где даже сегодня на киевской площади Независимости прохожих встречает огромный плакат, восхваляющий Степана Бандеру – украинского националиста и союзника Гитлера во время Второй мировой войны.
Возможно, при лучшем понимании и рассмотрении истории, морального негодования было бы меньше. Более рациональный и конструктивный диалог мог бы возникнуть при условии более чёткого понимания правомерных опасений Америки и России, и учёта исторического опыта обеих стран.
Рэймонд Дж. Лирси – американский аналитик, частный инвестор и автор книг о мировой нефтяной промышленности.